Подслушано в Рыбинске

Юрий всегда был человеком, который держал руку на пульсе городской жизни. Обычная небольшая редакция — запах типографской краски, шелест свежих номеров, неспешные разговоры коллег. Его тексты, лаконичные и аккуратные, будто уличные заметки на стенах родного Рыбинска, привычно рассказывали о повседневности и новостях, едва рябили местную гладь.

Но однажды ночи стали чужими. Юрий просыпался в холодном поту — сначала винил усталость: "Работа сказывается". Однако тревожные сны не отпускали. Картины ночных кошмаров были слишком яркими — и, главное, начали повторяться наяву. Улицы, события, лица… Они из его снов перебирались в явь почти без изъяна.

С каждым таким утром паника гнездилась глубже. Казалось, город, в котором он прожил всю жизнь, вдруг стал зыбким, непрочным. А может, это рассудок даёт трещину? Сомнения точили изнутри: "Кому об этом расскажешь — только пальцем у виска покрутят".

Юрий решил молчать — взгляд в пол, никакой паники. Всё изменил визит полиции: расследование, расспросы, намёки. Его собственные сны вдруг сделали из него подозреваемого. Теперь молчание — смертельная ловушка. Юрий впервые взялся за поиски не как журналист, а как человек, спасающий свою жизнь. Старые связи, заметки, неуловимые детали из ночных видений — всё стало уликами. Разговоры с давними знакомыми, подслушанные фразы, чьи-то движения — он цеплялся за всё. Каждый день был шагом в неизвестность, где страх и решимость сплелись воедино.