Аутсорс

90-е были временем безответных вопросов. В невозможных обстоятельствах выжил только тот, кто убирал чувства под замок. В такую тюрьму, где у каждого своя ноша, приходит работать Константин. Он не разговаривает много, лицо почти всегда без мимики. Даже судмедэксперт тут понимает: любой персонал — бывшие ранены. Прокурор припадает к бутылке, хирург притворяется, что не замечает себя в зеркале. Всё внутри стирается со временем.

Вскоре Костя встречает отца погибшей девочки. Неспешная, прямая речь человека, который уже не верит ни в что. Втянув дыхание, Константин впервые допускает невозможное: пусть казню совершит тот, кто действительно потерял. Начинается цепочка разговоров, шёпотов, и вот механизм запускается — родственник вместо палача.

Но система плывёт под чужим весом. Когда в дело вмешиваются деньги, всё едва различимое человеческое растворяется; кто-то решает подзаработать, кто-то перестаёт задаваться вопросами. Первичные смыслы осыпаются, как штукатурка в старой камере, а на их месте вырастает циничная и безжалостная схема. Тьма сгущается сильнее, чем когда-либо, — за границей дозволенного больше никто даже не оглядывается.